Юридическая сила конституции

Текст Ст. 15 Конституции РФ в действующей редакции на 2020 год:

1. Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации.

2. Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

3. Законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения.

4. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Комментарий к Ст. 15 Конституции Российской Федерации

1. Статья 15 Конституции РФ устанавливает основные принципы построения правовой системы в Российской Федерации. Первая часть комментируемой статьи закрепляет положение самой Конституции РФ в системе нормативно-правовых актов. Конституция РФ согласно данной норме имеет приоритет перед всеми иными нормативно-правовыми актами, принимаемыми на всей на территории России. Свойствами Конституции РФ является высшая юридическая сила, прямое действие, распространение на всю территорию России.

Высшая юридическая сила Конституции РФ предполагает, что все иные нормативно-правовые акты, принимаемые на территории РФ, не могут противоречить Конституции России, а в случае такого противоречия подлежат применению положения Конституции РФ. Основной закон, таким образом, возглавляет своеобразную «пирамиду» нормативно-правовых актов, составляющих правовую систему России.

Прямое действие Конституции РФ означает, что ее нормы должны применяться непосредственно и не требуют наличия специального федерального закона или иного нормативно-правового акта. Вместе с тем, в силу краткости Конституции РФ, большинство ее норм не может быть применено напрямую. А в ряде случаев конституционная норма прямо устанавливает необходимость принятия федерального закона по тому или иному вопросу. Исходя из этого принцип прямого действия норм Конституции РФ не следует абсолютизировать.

Случаи прямого действия Конституции РФ разъяснил Верховный Суд России. По его мнению, суды должны непосредственно применять Конституцию РФ, когда:

а) закрепленные нормой Конституции России положения, исходя из ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;

б) суд придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции РФ, противоречит ей;

в) суд придет к убеждению, что федеральный закон, принятый после вступления в силу Конституции РФ, находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции России;

г) закон либо иной нормативный правовой акт, принятый субъектом РФ по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, противоречит Конституции РФ, а федеральный закон, который должен регулировать рассматриваемые судом правоотношения, отсутствует.

Если статья Конституции РФ является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять закон, регулирующий возникшие правоотношения. Наличие решения Конституционного Суда Российской Федерации о признании неконституционной той или иной нормы закона не препятствует применению закона в остальной его части*(56).

Наиболее сложной проблемой при прямом применении норм Конституции РФ является оценка противоречия того или иного нормативно-правового акта как противоречащего ей. Ведь эта функция ст. 125 Конституции РФ отнесена к исключительной компетенции Конституционного Суда РФ. В силу этого Конституционный Суд РФ указал, что суд общей юрисдикции или арбитражный суд, придя к выводу о несоответствии Конституции РФ федерального закона или закона субъекта РФ, не вправе применять его в конкретном деле и обязаны обратиться в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности этого закона. Обязанность обращаться в Конституционный Суд Российской Федерации с таким запросом существует независимо от того, было ли разрешено дело, рассматриваемое судом, отказавшимся от применения неконституционного, по его мнению, закона на основе непосредственно действующих норм Конституции РФ*(57).

2. Часть вторая комментируемой статьи 15 КРФ закрепляет основную обязанность человека и гражданина в России — соблюдать Конституцию РФ и законы.

Соблюдение норм права всеми субъектами права — фундамент правового и демократического государства, каким провозглашена Россия в ст. 1 Конституции РФ. Поэтому рассматриваемая норма имеет особое значение.

Отметим, что Конституция РФ прямо перечисляет субъекты права, на которых она возлагает обязанность по соблюдению Конституции РФ и законов. Это — органы государственной власти и местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения. Установление закрытого перечня субъектов в данном случае не совсем оправданно, поскольку он неполон. Так, например, в данном перечне отсутствуют иностранные граждане и лица без гражданства, находящиеся на территории России. А они также обязаны соблюдать Конституцию и законы России.

Следует отметить, что Конституция РФ необоснованно избегает термина «юридическое лицо», оперируя вместо него термином «объединения граждан».

Вполне очевидно, что Конституция РФ не смогла бы охватить все обязанности индивидуальных и коллективных субъектов права. В силу этого она предусмотрела универсальную норму, которая обязывает этих субъектов соблюдать законы, а следовательно, и исполнять обязанности, предусмотренные ими. Таким образом, ч. 2 комментируемой статьи 15 содержит Конституции России «универсальную» обязанность.

Вместе с тем анализируемая норма закрепляет обязанность соблюдать лишь Конституцию РФ и законы (в широком понимании — законы о поправках к Конституции РФ, федеральные конституционные, федеральные законы и законы субъектов РФ), в то время как соблюдения требуют и иные нормативно-правовые акты. В связи с этим следует констатировать, что анализируемая норма сформулирована необоснованно узко.

3. Часть 3 комментируемой статьи закрепляет очень важную гарантию защиты общества от произвола государства. Она запрещает применение на территории России неопубликованных актов. При этом Конституция РФ разделяет все нормативно-правовые акты в данной сфере на две части.

Первая — законы (включает законы РФ о поправках к Конституции РФ*(58), федеральные конституционные законы, федеральные законы, законы субъектов РФ) подлежат обязательному опубликованию в любом случае.

Вторая — иные нормативно-правовые акты подлежит обязательному опубликованию при условии, что они затрагивают права, свободы и обязанности человека и гражданина. Тем самым авторы Конституции РФ исключили существование секретных нормативно-правовых актов, регламентирующих права и свободы человека и гражданина. Вместе с тем допускается существование неопубликованных индивидуальных правовых актов и актов, не затрагивающих права и свободы.

Отметим, что традиционно в России не публикуется расшифровка отдельных статей федерального закона о федеральном бюджете на очередной год (в части расходов на оборону). Кроме того, достаточно сложным представляется определение того, затрагивает ли конкретный нормативно-правовой акт права и свободы человек и гражданина и, следовательно, подлежит ли он официальному опубликованию для вступления в силу. Эта оценка возложена на Министерство юстиции России*(59), а контроль над выполнением данных норм Конституции РФ должна осуществлять Прокуратура России.

Опубликование сведений о том, какие источники могут считаться официальными, раскрывается в текущем законодательстве.

Официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в «Парламентской газете», «Российской газете» или «Собрании законодательства Российской Федерации»*(60). Официальным опубликованием актов Президента и Правительства РФ считается публикация их текстов в «Российской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации». Официальными являются также тексты актов Президента и Правительства Российской Федерации, распространяемые в машиночитаемом виде научно-техническим центром правовой информации «Система».

Нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти подлежат официальному опубликованию в «Российской газете», в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти издательства «Юридическая литература» Администрации Президента РФ. Официальным является указанный Бюллетень, распространяемый в машиночитаемом виде научно-техническим центром правовой информации «Система»*(61).

Субъекты РФ и муниципальные образования также должны определить, какое издание осуществляет официальное опубликование их нормативно-правовых актов.

4. Часть четвертая комментируемой статьи урегулировала место международных норм в правовой системе России. В соответствии с первым предложением части четвертой общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Эта норма лишь констатирует давно сложившееся правило об обязательности актов международного права, к которым присоединяется государство. Однако если с международными договорами все более или менее ясно, то проблема состоит в том, что отечественная правовая наука до сих пор не выработала общей позиции в отношении определения «общепризнанных принципов и норм международного права». Даже в международно-правовой доктрине нет единства относительно данного понятия*(62).

Единственное нормативное определение этого понятия дал Верховный Суд РФ. Он указал, что под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо. К общепризнанным принципам международного права, в частности, относятся принцип всеобщего уважения прав человека и принцип добросовестного выполнения международных обязательств. Под общепризнанной нормой международного права следует понимать правило поведения, принимаемое и признаваемое международным сообществом государств в целом в качестве юридически обязательного*(63). Вместе с тем указанное определение слишком расплывчато для того, чтобы его можно было применить на практике. В силу этого, данная норма Конституции РФ не может быть признана эффективно работающей (за исключением ситуации с официально ратифицированными международными договорами).

Международный договор «означает международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования» (ст. 2 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г.)*(64).

Норма, предусмотренная вторым предложением части четвертой комментируемой статьи 15 Конституции РФ, является новеллой российского законодательства. Впервые она появилась в Конституции РФ 1978 г. в соответствии с Законом РФ от 21 апреля 1992 г. N 2708-I «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) Российской Советской Федеративной Социалистической Республики»*(65), но тогда преимущество перед законами РФ устанавливалось только для общепризнанных международных норм, относящихся к правам человека (ст. 32 Конституции РФ 1978 г.).

Конституция РФ закрепила приоритет перед законом только международных договоров. Общепризнанные принципы и нормы международного права во втором предложении части четвертой уже не упоминаются. Кроме того, международный договор имеет приоритет перед законом. Следует предположить, что авторы Конституции РФ понимали «закон» широко, включая и федеральные и федеральные конституционные законы. Однако более корректно было бы уточнение данной нормы, ведь ратификация международных договоров осуществляется федеральными законами, а федеральные конституционные законы имеют перед актами такого рода приоритет.

Отметим, что из Конституции РФ не следует ясности, имеют ли международные нормы приоритет перед самой Конституцией. Существуют два различных подхода к решению этого вопроса.

Конституции более старого принятия исходят из безусловного приоритета национальной конституции над международными договорами.

Новые (принятые после окончания второй мировой войны) конституции проявляют большую гибкость в данных вопросах. Признавая приоритет международных норм перед нормами национальных законов, они устанавливают некоторые особенности соотношения международных норм и норм национальных конституций. Так, Конституция Испании (ст. 95) устанавливает, что заключение международного договора, содержащего правила, противоречащие Конституции, может иметь место лишь после пересмотра Конституции*(66). А Конституция Королевства Нидерландов (ст. 91) допускает возможность ратификации международного договора, вступающего в противоречие с Конституцией, при условии его одобрения не обычным, а квалифицированным (2/3) большинством голосов депутатов Генеральных штатов*(67).

Часть шестая ст. 125 Конституции РФ закрепляет положение о том, что не соответствующие Конституции РФ международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению. Таким образом, можно предположить, что приоритет международных договоров не распространяется на Конституцию РФ. Однако этот вопрос требует более четкого отражения в Конституции РФ.

Следует также отметить, что Верховный Суд РФ сужает круг международных договоров, имеющих приоритет перед российскими законами, указывая, что в ст. 15 Конституции РФ речь идет о международном договоре, «решение о согласии на обязательность которого для РФ было принято в форме федерального закона»*(68), т.е. рассматривает только ратифицированные договоры.

Верховный Суд РФ обратил внимание судов на то, что правила действующего международного договора Российской Федерации, согласие на обязательность которого было принято не в форме федерального закона, имеют приоритет в применении в отношении подзаконных нормативных актов, изданных органом государственной власти, заключившим данный договор*(69).

Суверенная Конституция превыше иностранных судов

На этой неделе Конституционный суд РФ вынес постановление, согласно которому Конвенция о защите прав человека и основных свобод, основанные на ней правовые позиции Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), содержащие оценки национального законодательства, не отменяют для российской правовой системы приоритет Конституции.

Европейский суд по правам человека — международный судебный орган, который рассматривает дела в отношении всех государств Совета Европы, ратифицировавших Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод. Предметом рассмотрения дел в ЕСПЧ являются все вопросы, относящиеся к правам человека (как их регулирует Конвенция). Суд может рассматривать как споры между государствами, так и жалобы отдельных лиц.

Россия признала юрисдикцию ЕСПЧ 5 мая 1998 года, ратифицировав Европейскую конвенцию.

В законе о ратификации Конвенции (ст. 1) Россия признала обязательную юрисдикцию Европейского Суда по правам человека по толкованию и применению конвенции и протоколов к ней в случае предполагаемых нарушений Россией положений перечисленных международных договоров. А в соответствии с п.

4 статьи 15 Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Таким образом, долгое время считалось, что Конвенция и решения ЕСПЧ являются составной частью правовой системы страны и обладают большей юридической силой, чем Конституция. Россия все эти годы была лишена значительной части суверенитета, не только признав нормы Конвенции, но и передав международному органу неограниченное право толкования и применения норм внутреннего законодательства.

И здесь возник правовой казус — с одной стороны, Конституция обладает высшим действием на территории РФ, а с другой стороны, должны применяться нормы международного договора.

Точку в этом вопросе и поставил Конституционный суд, отдав приоритет Конституции как высшему источнику права. Что вполне логично — именно Конституция, а не акты международных судов, является проявлением воли народа и гарантией его прав. Иное означало бы полную ликвидацию суверенитета и фактическое внешнее управление страной посредством иностранных судебных решений.

Большинство других европейских стран мира в данном вопросе исходит из приоритета национальных Конституций.

Например, ст.

53 Конституции Франции гласит, что если Конституционный совет, запрошенный президентом Республики, премьер-министром или председателем одной из палат, заявит, что международное обязательство содержит положение, противоречащее Конституции, то разрешение на его ратификацию или одобрение может быть дано только после пересмотра Конституции. Говоря иными словами, Конституция устанавливает свою первичность в качестве источника права.

В США согласно Статье 6 Конституции, международный договор и внутренний федеральный закон обладают одинаковой юридической силой.

При этом, нормы международного права должны быть имплементированы, то есть внесены в национальное законодательство через законодательный процесс. Вопрос о противоречии между ними и национальным с правом даже не возникает.

А в случае конкуренции норм применяется тот акт, который был издан позже.

Таким образом, американские власти могут с легкостью прекратить юридическое действие международного права, просто издав не соответствующий ему внутренний закон.

Если говорить непосредственно о признании решений ЕСПЧ, то картина схожая.

В Германии Конвенция о правах человека стоит ниже Основного закона, т.е. на уровне федерального закона.

Например, по делу Лаутси правительство ФРГ заявило, что не будет исполнять решения ЕСПЧ в части их несоответствия нормам национального права ФРГ.

В Конституции Германии указано, что единым и высшим источником права в стране является Конституция Германии, а международные акты, ратифицированные Германией, имеют силу обыкновенного закона.

Таким образом, Германия предусмотрела правовую возможность не исполнять часть решений Европейского суда по правам человека.

Аналогичным образом дело обстоит в Австрии, Северной Ирландии, Италии, Великобритании. Что касается последней, то правящая партия вообще заявила о намерении выйти из юрисдикции ЕСПЧ, данный вопрос уже готовится для вынесения на референдум. Принципиально отказалась исполнять решение ЕСПЧ о многомиллионных выплатах в пользу киприотов Турция, и никаких мер воздействия на нее не предпринято.

Без крайностей

Как мы видим, в ограничении исполнения решений ЕСПЧ нет ничего беспрецедентного. Россия вправе разделять позитивную роль ЕСПЧ в защите прав граждан, и политически мотивированные акты, представляющие собой злоупотребление правом (как последнее решение по делу ЮКОСа).

Прошли те времена, когда под соусом борьбы за права человека Запад навешивал на Россию обязательства, ограничивающие ее суверенитет.

Решение Конституционного суда представляет собой пример консервативного и взвешенного подхода к полномочиям ЕСПЧ.

Конституция России поставлена выше международных законов

Генеральный секретарь Совета Европы Турнбьёрн Ягланд завил о том, что в Совете Европы «крайне обеспокоены решением Конституционного суда России не признавать постановлений Европейского суда по правам человека, если такие решения будут признаны противоречащими Конституции».

Данное решение было озвучено в Конституционном Суде России на минувшей неделе, и уже 14 декабря соответствующий федеральный конституционный закон был подписан Президентом России Владимиром Путиным.

  • Банки
  • Кредиты
  • Страхование
  • Финансы
  • Форекс и биржа

Соотношение, в котором находятся на территории России её Конституция и международные договоры, весьма важно.

Дело в том, что Конституция в нашей стране имеет прямое действие – то есть даже если в законах, указах Президента, постановлениях Правительства или других актах ничего о каком-то вопросе не сказано, и в судах, и в государственных органах можно прямо ссылаться на текст Конституции, и этого будет достаточно.

Однако в основном законе есть ст. 15, которая гласит, что если договор, заключенный с другим государством, говорит иное, чем конституционные нормы, то применяться должен как раз договор. Значит ли это, что Конституцию России нельзя рассматривать как высший закон нашей страны, что международные договора главнее?

Заключение договора

Вопрос о сравнительной силе актов не так прост, как кажется на первый взгляд. Дело в том, что в теории права есть два подхода к этому вопросу:

  1. Монистический – он гласит, что нормы Конституции и договоров, подписанных и ратифицированных Россией составляют единую структуру. В рамках этого подхода действительно имеет смысл говорить о том, что выше по силе – договоры или Конституция.
  2. Дуалистический – исходя из него, Конституция и международные договоры относятся к двум самостоятельным правовым структурам, действующим на территории нашей страны параллельно.

Какой именно из подходов является правильным, остается спорным вопросом даже среди юристов-теоретиков. С точки зрения монистического подхода международный договор Конституцию РФ превосходит по силе – но лишь в тех случаях, когда внутреннее законодательство прямо

говорит об этом, а договор заключён надлежащим образом, ратифицирован и вступил в законную силу. Однако сторонники дуалистического подхода справедливо обращают внимание на то, что международные договоры прямого действия не имеют.

Для того, чтобы они действовали на территории России, необходимо, чтобы в соответствии с ними были приняты внутренние нормы нашего законодательства – и тем самым договоры имеют меньшую силу, чем Конституция.

Более того, Пленум Конституционного Суда РФ в 2003 году своим постановлением определил, что международные акты имеют высшую силу по отношению к законам – но лишь в том случае, когда согласие на применение договора было выражено в форме соответствующего федерального закона.

Заключение договора государствами

Относительно применения международных договоров, соглашений и других норм на территории нашей страны Конституция России говорит следующее: если нормы договора, подписанного нашей страной с каким-то из других государств, противоречат нормам российских законов, применяется именно договор, а сами договора должны рассматриваться как часть общей российской системы права.

Формально это должно считаться подтверждением монистического подхода – однако нужно помнить, что нигде не сказано, что договоры между государствами имеют большую силу, чем именно Конституция РФ, а не просто федеральные законы. Более того, законодательство прямо говорит: если Конституция и международные договоры противоречит друг другу, договор не может быть подписан и ратифицирован. Противоречие должен устанавливать специальный орган российской судебной власти – Конституционный Суд РФ.

Алексей Аксенов

Международный договор.

Сколько идет международный банковский перевод

Что такое международный договор

IBAN — международный номер банковского счета

Международный день бухгалтерии (День бухгалтера)

Метки: договор, если, конституция, международный, противоречить

Из предыдущего принципа с необходимостью вытекает, что лю­бой закон должен быть опубликован для всеобщего све­дения, прежде чем можно будет его применять и, в частности, привле­кать к юридической ответственности на основании этого за­кона. Нельзя привлекать к ответственности за на­ру­шение за­кона, которого не просто не знают, но и, по об­щему правилу, не могут знать.

Этот само собой разумеющийся правовой принцип вклю­чен в основы конституционного строя Российской Фе­дера­ции: «За­коны подлежат официальному опубликованию. Не­опубли­ко­ванные законы не применяются. Любые норма­тив­ные пра­во­вые акты, затрагивающие права, свободы и обя­занности че­ловека и гражданина, не могут применяться, если они не опу­б­ликованы официально для всеобщего све­дения” (ч.3 ст.15 Конституции РФ). В этом контексте сле­дует обратить внима­ние на то, что не бывает нормативных правовых актов, не опубликованных для всеобщего сведе­ния. Если норматив­ный акт, тем более – затра­гивающий права, свободы и обя­занно­сти, не опубликован, то он не яв­ляется правовым, не имеет юридической силы. Публич­ность нормативных актов – это одно из требований господства права в формальном смысле.

Опубликование закона для всеобщего сведения является за­ключительной стадией законодательного процесса в со­вре­мен­ном демократическом конституционном государ­стве. За­кон вступает в силу с момента его опубликования, если иное не ус­тановлено в самом законе.

Следует также отметить, что применение неопубликованного закона, осо­бенно если закон управомочивающий или смягчающий ответственность, давало бы преимущество тем, кто знает за­кон, в сравнении с теми, кто его не знает и не может знать. Это про­ти­воречит принципу формального равенства, спра­ведливо­сти, требованию равного обращения со всеми субъ­ектами права.

8.2.5. Отягчающий закон об­ратной силы не имеет

Этот принцип объясняет действие нормативных правовых ак­тов во времени. Закон, устанав­ли­вающий или отягчающий ответ­ст­венность, об­ратной силы не имеет, т.е. действует на будущее (ex nunc) и не применяется к деяниям, которые были совер­шены до его вступления в силу. Наобо­рот, смягчаю­щий закон име­ет обратную силу, т.е. применя­ется к деяниям, со­вершен­ным до его принятия. Поэтому ч.2 ст.54 Конститу­ции РФ оп­ре­деляет: «Никто не может нести ответственность за дея­ние, ко­торое в момент его соверше­ния не признавалось право­на­руше­нием. Если после совер­шения правонарушения ответст­венность за него устранена или смягчена, применяется новый закон”.

Если закон устраняет ответственность, т.е. устанавли­вает, что соответствующее деяние не является правонару­ше­нием, то он должен применяться ex tunc – ко всем дея­ниям, которые были совершены с момента принятия преж­него за­кона. Все на­казанные по прежнему закону должны быть реабилитиро­ваны. Если же закон не устраняет, а только смягчает юридиче­скую ответственность, т.е. не от­рицает, что деяние является правона­рушением, то он дол­жен приме­няться, по меньшей мере, к тем уже совершен­ным деяниям, ответственность за ко­торые еще не наступила (например, наказание еще не назна­чено).

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *